Первый раз мы пошли на Косьвинский камень, вторую по высоте вершину Свердловской области (высота 1520 метров), в марте 2025 года. Тогда, дойдя до отметки 1100 метров и получив хорошую порцию горной метели в лицо, повернули назад. С тех пор мысль подняться на эту непокорную вершину не давала мне покоя, и в марте 2026 года мы были готовы предпринять попытку №2, но ранняя оттепель, размокшая дорога и отсутствие внедорожника в составе группы заставили перенести восхождение. И вот наконец Господь сподобил, и 21 августа, благодаря поддержке и участию Максима Семенцова, на двух машинах группой из семи человек мы выдвинулись на Северный Урал, вечером прибыли в старинный уральский город Краснотурьинск и устроились на ночлег.
Разбуженные утром запахом вкусной каши, заботливо сваренной нашей ранней пташкой Ниной, совершили молитвенное правило, позавтракали и отправились еще за пятьдесят километров к подножию горы Косьвинский камень у поселка Кытлым. Любовались по дороге видами величественных горных вершин и едва не столкнулись с пересекавшим дорогу хозяином тайги — бурым медведем. По Божьей милости и к нашему счастью он предпочел скрыться в тайге, заставив некоторых из нас крепко задуматься — а куда же мы поперлись? Но указатель пути на Косвинский камень уже рядом, рюкзаки на плечах, погода благоприятствует, и мы начинаем подъем длиной шесть километров с постоянным набором высоты от 500 до 1500 метров. Вертикальный километр перепада высот — так называется эта трасса. Тайга сразу порадовала нас обилием разнообразных съедобных грибов, ароматом трав и деревьев, но чем выше мы поднимались, тем круче становился подъем, и тем крупнее становились камни курумника. Пока сил было достаточно, мы не замечали трудностей, а замечали, как тайга сменилась лесотундрой и деревья становились все меньше и меньше по высоте. И вот на границе лесотундры и тундры, где еще можно спрятаться от ветра под прикрытием скал и деревьев и найти дрова, мы разбили наш лагерь, оставили продукты и все тяжелые вещи, определили дежурных — Нину и Елену — и, сотворив молитву, полным составом двинулись вперед к вершине. И вот тут Господь сразу показал нам — какая это будет дорога! Крупные камни курумника, размером не менее одного метра, с огромными ямами-разрывами между ними, и были нашей дорогой почти до самой вершины. Елена с Ниной, помучившись по камням метров четыреста, вернулись в лагерь поддерживать огонь и готовить обед, а остальные упорно шли вперед и вверх по меткам, оставленным голубой краской от прошедшего месяц назад марафона. Хоть было и трудно, но стоило оглянуться назад, и дыхание захватывало от открывавшихся необозримых горизонтов и соседних горных вершин. Завораживала также игра света в причудливых разрывах облаков, а большие поля черники радовали спелой ягодой. Это придавало силы, но и настраивало на романтический лад, а горы не прощают потерю концентрации. Где-то на высоте 1000 метров, порядком подустав, мы не увидели следующую метку краской и не стали ее искать, а пошли по каменным пирамидкам, кем-то сложенным в качестве меток. Как я понял потом, это было серьезной ошибкой, стоившей нам вершины. Видя мою усталость, Максим забрал мой рюкзак с флагом общества «Трезвение» и термосом с чаем, за что я ему очень благодарен. Вскоре из-за разной скорости движения группа разделилась на две: Максим с Ольгой быстрее шли вперед, а мы с Виталиной и другой Ольгой (Дудиной) начали отставать. Где-то на высоте 1200 метров каменные пирамидки-метки закончились, и перед нами предстали почти вертикальные скальные выступы, которые пришлось обходить далеко правее. Максим с Ольгой окончательно скрылись из виду, курумник стал еще крупнее, и наша скорость упала до минимальной. Впереди был выступ скалы; оставив спутниц любоваться видами на живописный Серебрянский камень, делать эскизы и ждать меня в условленном месте, я рванул вперед в надежде догнать Максима или увидеть вершину. Истратив последние силы, поднялся на гигантскую каменную ступень примерно на высоте 1350 метров и увидел перед собой… еще одну такую же. Как рассказал потом Максим: «Это была последняя ступень перед вершиной, но я-то этого не знал…» Обернулся назад, увидел красоту гор, безбрежие долин, игру солнца в разрывах облаков, которые были уже подо мной. И сразу в сердце закралась тревога — если уйду дальше вверх, как потом найду Виталину с Ольгой, если потеряемся — как они найдут дорогу обратно в вечерних сумерках или облаках? Бросаю последний взгляд в сторону непокорной вершины и начинаю спуск назад к девчонкам, потом долгое «ау» в ожидании отклика, встреча, общая молитва о воинах, о Максиме с Ольгой, короткий дождик и радуга как благословение Божие на тяжелый спуск. Пришлось подключить весь опыт ориентирования и интуицию, чтобы найти дорогу назад до злополучных пирамидок и меток, но это с Божией помощью удалось. Веселый бурундук и журчание родников под камнями, скромный горный цветок и малютка кедр величиной с ладошку среди камней скрашивали нашу трудную дорогу вниз. Очень поддержала горсть кураги, заботливо взятая с дороги Ольгой Дудиной-Гордеевой. После дождя камни стали скользкими, а ноги не слушались, не удалось избежать и падений с ушибами, но вот, оглянувшись назад, я увидел оранжевый плащ нашей Оленьки и Максима в его камуфляже. Ура! Радостно стало на душе, ребята в порядке и догоняют нас. А как же я обрадовался, узнав, что они дошли до вершины! Слава Тебе, Боже! Пусть не всей группе, но нашим друзьям удалось дойти! И все вместе мы, повеселевшие, продолжаем спуск, а он оказался ни чуть не легче подъема, по-моему, даже тяжелее. И вот она, та роковая развилка, где мы свернули не туда, на самый тяжелый путь к вершине. Кстати, те из нашей группы, кто ходил на пик святой Екатерины в Киргизии, отметили, что по тяжести пути Киргизия отдыхает по сравнению с седым Уралом!!! Ведем шутливые переговоры с лагерем по рации о встрече с цветами и оркестром, любуемся облаками и видами, пробуем горную чернику и, потихоньку спускаясь с камня на камень, оказываемся в базовом лагере на отметке 800. Еще одна радостная встреча — теперь уже с Ниной и Еленой. Поедание походной каши, вечерний горный чай, сборы лагеря, усиление дождя и необычно яркая радуга, благословившая наш спуск к машинам. Тот мелкий курумник в лесу на спуске, который утром казался детским развлечением, почему-то стал тяжелейшим испытанием для наших уставших ног, но сбор грибов по пути и предчувствие скорого окончания придавали нам силы, и к восьми часам вечера мы, мокрые, грязные, усталые, но счастливые, вышли к машинам. Прозвучало троекратное «ура» нашим покорителям вершины, благодарственная молитва Богу — и в путь до квартиры в Краснотурьинске, где ждет горячий душ и постель. Быстро стемнело в горах, и ночные птицы то и дело показывались в свете фар, опасно маневрируя перед самой машиной.
По приезде в квартиру теплый душ немного снял усталость, у Ольги еще хватило сил почистить грибы, у остальных — картошку. Все три дня не переставал восхищаться нашими девочками, как весело и дружно они справлялись на кухне, и радовали нас вкусными блюдами, и порядком, и чистотой! Завтра воскресенье, готовимся ко Причастию и ложимся спать. Почему-то долго не могу уснуть, несмотря на чудовищную усталость, рассматриваю фотографии, сделанные в горах, анализирую ошибки, обдумываю еще несколько маршрутов в этих местах, наконец засыпаю в час ночи, в пять утра уже просыпаюсь и начинаю читать историю здешних мест, храмов и монастыря, куда нам предстоит пойти.
Вот и подъем, и общее чтение последования ко Причастию, и вот мы уже в храме Свято-Пантелеимоновского женского монастыря в Краснотурьинске. Интересный деревянный храм дореволюционной постройки с богатой историей сохранился благодаря тому, что это был храм-школа, и остался школой после большевистского переворота. Замечательный резной иконостас и Афонская старинная икона великомученика и целителя Пантелеимона. Батюшка вышел к нам, благословил на причастие, спросил: нужна ли исповедь? Но более всего запомнилась сестра-монахиня, которая и позвала к нам батюшку, рассказала о храме, после службы позвала в крестный ход вокруг храма, угостила пирожками, блинами и яблоками, открыла для нас новый Владимирский храм и проводила на колокольню, разрешив позвонить в колокола, и еще искренне расстраивалась, что не может накормить нас полноценным горячим обедом, так как много послушаний еще надо сделать. Мы успокоили сестру, сказав, что дома нас ждут две огромные сковородки грибов с картошкой, что было чистой правдой. Тепло попрощавшись с монастырем, поехали обедать на уже полюбившуюся съемную квартиру, еще раз поздравили всех участников восхождения небольшими памятными подарками, поблагодарили Господа, отведали шикарную грибницу и праздничный торт (да простят нас настоящие постники), прогулялись по красивой набережной Краснотурьинска и помолились на дорогу в величественном старинном храме Максима Исповедника — единственном храме в честь этого святого в нашей епархии.
На пути домой Господь благословил нас дождиком и невообразимо яркой, близкой и поэтому чрезвычайно широкой радугой, пожалуй, первый раз в жизни видел такую. Даровал и недорогой бензин практически без очереди. Шестичасовой путь домой пролетел довольно быстро, вернулись вечером, и вот только теперь я, наконец, сразу уснул и проспал десять часов, проснувшись с твердой уверенностью, что с третьей попытки вершина упрямой Косьвы, с Божией помощью, будет взята! Как же прекрасно быть над облаками, действительно, мы там ближе к Богу. Жди нас снова, Северный Урал!
Константин Месилов
Разбуженные утром запахом вкусной каши, заботливо сваренной нашей ранней пташкой Ниной, совершили молитвенное правило, позавтракали и отправились еще за пятьдесят километров к подножию горы Косьвинский камень у поселка Кытлым. Любовались по дороге видами величественных горных вершин и едва не столкнулись с пересекавшим дорогу хозяином тайги — бурым медведем. По Божьей милости и к нашему счастью он предпочел скрыться в тайге, заставив некоторых из нас крепко задуматься — а куда же мы поперлись? Но указатель пути на Косвинский камень уже рядом, рюкзаки на плечах, погода благоприятствует, и мы начинаем подъем длиной шесть километров с постоянным набором высоты от 500 до 1500 метров. Вертикальный километр перепада высот — так называется эта трасса. Тайга сразу порадовала нас обилием разнообразных съедобных грибов, ароматом трав и деревьев, но чем выше мы поднимались, тем круче становился подъем, и тем крупнее становились камни курумника. Пока сил было достаточно, мы не замечали трудностей, а замечали, как тайга сменилась лесотундрой и деревья становились все меньше и меньше по высоте. И вот на границе лесотундры и тундры, где еще можно спрятаться от ветра под прикрытием скал и деревьев и найти дрова, мы разбили наш лагерь, оставили продукты и все тяжелые вещи, определили дежурных — Нину и Елену — и, сотворив молитву, полным составом двинулись вперед к вершине. И вот тут Господь сразу показал нам — какая это будет дорога! Крупные камни курумника, размером не менее одного метра, с огромными ямами-разрывами между ними, и были нашей дорогой почти до самой вершины. Елена с Ниной, помучившись по камням метров четыреста, вернулись в лагерь поддерживать огонь и готовить обед, а остальные упорно шли вперед и вверх по меткам, оставленным голубой краской от прошедшего месяц назад марафона. Хоть было и трудно, но стоило оглянуться назад, и дыхание захватывало от открывавшихся необозримых горизонтов и соседних горных вершин. Завораживала также игра света в причудливых разрывах облаков, а большие поля черники радовали спелой ягодой. Это придавало силы, но и настраивало на романтический лад, а горы не прощают потерю концентрации. Где-то на высоте 1000 метров, порядком подустав, мы не увидели следующую метку краской и не стали ее искать, а пошли по каменным пирамидкам, кем-то сложенным в качестве меток. Как я понял потом, это было серьезной ошибкой, стоившей нам вершины. Видя мою усталость, Максим забрал мой рюкзак с флагом общества «Трезвение» и термосом с чаем, за что я ему очень благодарен. Вскоре из-за разной скорости движения группа разделилась на две: Максим с Ольгой быстрее шли вперед, а мы с Виталиной и другой Ольгой (Дудиной) начали отставать. Где-то на высоте 1200 метров каменные пирамидки-метки закончились, и перед нами предстали почти вертикальные скальные выступы, которые пришлось обходить далеко правее. Максим с Ольгой окончательно скрылись из виду, курумник стал еще крупнее, и наша скорость упала до минимальной. Впереди был выступ скалы; оставив спутниц любоваться видами на живописный Серебрянский камень, делать эскизы и ждать меня в условленном месте, я рванул вперед в надежде догнать Максима или увидеть вершину. Истратив последние силы, поднялся на гигантскую каменную ступень примерно на высоте 1350 метров и увидел перед собой… еще одну такую же. Как рассказал потом Максим: «Это была последняя ступень перед вершиной, но я-то этого не знал…» Обернулся назад, увидел красоту гор, безбрежие долин, игру солнца в разрывах облаков, которые были уже подо мной. И сразу в сердце закралась тревога — если уйду дальше вверх, как потом найду Виталину с Ольгой, если потеряемся — как они найдут дорогу обратно в вечерних сумерках или облаках? Бросаю последний взгляд в сторону непокорной вершины и начинаю спуск назад к девчонкам, потом долгое «ау» в ожидании отклика, встреча, общая молитва о воинах, о Максиме с Ольгой, короткий дождик и радуга как благословение Божие на тяжелый спуск. Пришлось подключить весь опыт ориентирования и интуицию, чтобы найти дорогу назад до злополучных пирамидок и меток, но это с Божией помощью удалось. Веселый бурундук и журчание родников под камнями, скромный горный цветок и малютка кедр величиной с ладошку среди камней скрашивали нашу трудную дорогу вниз. Очень поддержала горсть кураги, заботливо взятая с дороги Ольгой Дудиной-Гордеевой. После дождя камни стали скользкими, а ноги не слушались, не удалось избежать и падений с ушибами, но вот, оглянувшись назад, я увидел оранжевый плащ нашей Оленьки и Максима в его камуфляже. Ура! Радостно стало на душе, ребята в порядке и догоняют нас. А как же я обрадовался, узнав, что они дошли до вершины! Слава Тебе, Боже! Пусть не всей группе, но нашим друзьям удалось дойти! И все вместе мы, повеселевшие, продолжаем спуск, а он оказался ни чуть не легче подъема, по-моему, даже тяжелее. И вот она, та роковая развилка, где мы свернули не туда, на самый тяжелый путь к вершине. Кстати, те из нашей группы, кто ходил на пик святой Екатерины в Киргизии, отметили, что по тяжести пути Киргизия отдыхает по сравнению с седым Уралом!!! Ведем шутливые переговоры с лагерем по рации о встрече с цветами и оркестром, любуемся облаками и видами, пробуем горную чернику и, потихоньку спускаясь с камня на камень, оказываемся в базовом лагере на отметке 800. Еще одна радостная встреча — теперь уже с Ниной и Еленой. Поедание походной каши, вечерний горный чай, сборы лагеря, усиление дождя и необычно яркая радуга, благословившая наш спуск к машинам. Тот мелкий курумник в лесу на спуске, который утром казался детским развлечением, почему-то стал тяжелейшим испытанием для наших уставших ног, но сбор грибов по пути и предчувствие скорого окончания придавали нам силы, и к восьми часам вечера мы, мокрые, грязные, усталые, но счастливые, вышли к машинам. Прозвучало троекратное «ура» нашим покорителям вершины, благодарственная молитва Богу — и в путь до квартиры в Краснотурьинске, где ждет горячий душ и постель. Быстро стемнело в горах, и ночные птицы то и дело показывались в свете фар, опасно маневрируя перед самой машиной.
По приезде в квартиру теплый душ немного снял усталость, у Ольги еще хватило сил почистить грибы, у остальных — картошку. Все три дня не переставал восхищаться нашими девочками, как весело и дружно они справлялись на кухне, и радовали нас вкусными блюдами, и порядком, и чистотой! Завтра воскресенье, готовимся ко Причастию и ложимся спать. Почему-то долго не могу уснуть, несмотря на чудовищную усталость, рассматриваю фотографии, сделанные в горах, анализирую ошибки, обдумываю еще несколько маршрутов в этих местах, наконец засыпаю в час ночи, в пять утра уже просыпаюсь и начинаю читать историю здешних мест, храмов и монастыря, куда нам предстоит пойти.
Вот и подъем, и общее чтение последования ко Причастию, и вот мы уже в храме Свято-Пантелеимоновского женского монастыря в Краснотурьинске. Интересный деревянный храм дореволюционной постройки с богатой историей сохранился благодаря тому, что это был храм-школа, и остался школой после большевистского переворота. Замечательный резной иконостас и Афонская старинная икона великомученика и целителя Пантелеимона. Батюшка вышел к нам, благословил на причастие, спросил: нужна ли исповедь? Но более всего запомнилась сестра-монахиня, которая и позвала к нам батюшку, рассказала о храме, после службы позвала в крестный ход вокруг храма, угостила пирожками, блинами и яблоками, открыла для нас новый Владимирский храм и проводила на колокольню, разрешив позвонить в колокола, и еще искренне расстраивалась, что не может накормить нас полноценным горячим обедом, так как много послушаний еще надо сделать. Мы успокоили сестру, сказав, что дома нас ждут две огромные сковородки грибов с картошкой, что было чистой правдой. Тепло попрощавшись с монастырем, поехали обедать на уже полюбившуюся съемную квартиру, еще раз поздравили всех участников восхождения небольшими памятными подарками, поблагодарили Господа, отведали шикарную грибницу и праздничный торт (да простят нас настоящие постники), прогулялись по красивой набережной Краснотурьинска и помолились на дорогу в величественном старинном храме Максима Исповедника — единственном храме в честь этого святого в нашей епархии.
На пути домой Господь благословил нас дождиком и невообразимо яркой, близкой и поэтому чрезвычайно широкой радугой, пожалуй, первый раз в жизни видел такую. Даровал и недорогой бензин практически без очереди. Шестичасовой путь домой пролетел довольно быстро, вернулись вечером, и вот только теперь я, наконец, сразу уснул и проспал десять часов, проснувшись с твердой уверенностью, что с третьей попытки вершина упрямой Косьвы, с Божией помощью, будет взята! Как же прекрасно быть над облаками, действительно, мы там ближе к Богу. Жди нас снова, Северный Урал!
Константин Месилов